На что способна доведенная до отчаяния женщина?

0
41

Эта трагедия леденит душу и заставляет задуматься. Жена, доведенная до отчаяния, убила спящего мужа топором. «Бытовуха» в милицейских сводках, увы, давно вышла из разряда чего-то исключительного. Но в данном случае муж и жена – не деградировавшие алкоголики, а обычные, на первый взгляд, люди. В чем причина того, что произошло в одной из брестских квартир, а затем на даче в садоводческом товариществе на территории Брестского района?

Последнее слово

В своем последнем слове перед оглашением приговора суда Светлана сказала: «Я очень сожалею о том, что произошло. Со стороны мужа ко мне не было ни любви, ни уважения. Я была, как загнанный зверь». Она просила не наказывать ее лишением свободы: «Я сама наказала себя, родителей, сына. Свой авторитет потеряла за один день. Я хотела бы остаток жизни провести в кругу своих родных. При живом муже любое проявление любви к близким было физически наказуемо».
Если и могли возникнуть сомнения в искренности этих слов, то они рассеялись при взгляде на эту молодую еще, симпатичную женщину с лицом, иссушенным страданием. Такой она выглядела за стеклянной перегородкой в комнате для свиданий в Брестском СИЗО № 7. Сразу заявила, что разговаривать о случившемся с журналистом не будет.
– Скажите хотя бы, как вам видится теперь: был ли другой выход из ситуации? Может, стоило обратиться к кому-либо за помощью и консультацией?
– Надо было развестись.
– Что вам помешало это сделать? Может, просто некуда было уйти?
– Нет, только страх.
– А почему муж не подавал на развод, если жена и сын его так раздражали?
– Ему все это доставляло удовольствие.

Под гнетом страха

Светлана работала специалистом по кадрам в одной из брестских организаций, а ее муж Александр – водителем. Их единственный сын – студент университета. Семья как семья, и достаток не хуже, чем у других. Правда, у родственников и соседей были основания считать этот брак неудавшимся. Глава семьи имел обыкновение выяснять отношения с помощью кулаков. Иногда соседям приходилось даже вызывать милицию. Но подоплека и глубина этого конфликта мало кого интересовали. Чужая семья, как и чужая душа, – потемки.
В совместной жизни Светланы и Александра было мало светлых страниц. Их отношения не задались сразу же после того, как в паспорте появилась запись о регистрации брака в теперь уже далеком 1988 году. Самого малозначительного повода было достаточно, чтобы муж набросился на Светлану с кулаками. Распускать руки у него давно вошло в привычку, а с годами стало нормой. При этом сыпались угрозы и оскорбления, грязные ругательства. Нередко муж выгонял женщину из дома. Когда сын стал подрастать, ему доставалось наравне с матерью.
Светлана давно подумывала развестись. Первую попытку она сделала, когда сыну исполнилось три года. Но муж дал понять: если она обратится к кому-либо за помощью, а тем паче подаст на развод, им с сыном несдобровать. И это при том, что сам он даже не думал скрывать своих измен. Светлана фактически не имела права голоса. Она не могла самостоятельно купить себе обновку, общаться с родными. Жена и сын семейного тирана жили под гнетом постоянного страха. Увы, вовремя разорвать замкнутый круг Светлана не смогла.
С годами ситуация только усугублялась. Особенно невыносимым глава семьи становился, когда бывал нетрезвым. Страх, ненависть, обида – все это копилось в душе у Светланы. Развязка могла наступить в любой момент…

Майская ночь

Это случилось в ночь с 31 мая на 1 июня прошлого года. Днем муж работал в гараже. Светлана столкнулась с ним, когда пошла в сарай за инструментом, чтобы полить огород. По словам женщины, Александр стал оскорблять ее, ударил по голове. За ужином муж пил, сдабривая трапезу ругательствами: «Через неделю, когда вернусь из рейса, вы будете на коленях просить у меня прощения, неблагодарные твари». Чтобы убедить жену в серьезности своих намерений, глава семьи схватил ее за халат у горла и сдавил шею. Затем, видимо, удовлетворенный произведенным эффектом, выпил еще водки и лег спать.
А Светлана, убрав со стола, сидела и думала, думала… Ее трясло от страха и обиды. Она сосредоточилась на одной мысли: по-доброму муж их с сыном не отпустит. Женщина встала и пошла в сарай за топором… Первый удар нанесла спящему мужу по голове, а затем, по ее словам, наступил провал в памяти. Впоследствии экспертиза покажет, что всего она совершила около 10 ударов топором.
Сын в это время жил у родственников, т. к. накануне отец выгнал его из дома. Придя в себя, Светлана позвонила ему и попросила приехать. Узнав, что отец мертв, сын побледнел: «Зачем ты это сделала?»
Но он помог матери скрыть следы преступления. Под покровом ночи вдвоем погрузили тело убитого в багажник машины, вывезли на свою дачу в cадоводческом товариществе и там захоронили в неглубокой яме в подвале. Через несколько дней заложили это место кирпичной кладкой и залили бетоном.
«Уехал в Россию на заработки и не дает о себе знать», – так отвечала Светлана на расспросы знакомых и родственников по поводу длительного отсутствия мужа.
15 января 2010 года в ОВД Ленинского района Бреста обратился с заявлением родной брат Александра. Он указал, что тот уехал на заработки в Россию несколько месяцев тому назад и до сих пор о нем ничего неизвестно. 17 января по факту исчезновения человека было возбуждено уголовное дело. Через неделю в подвале дома на территории садоводческого товарищества следователи сделали страшную находку, поставившую точку в розыске.

Состояние аффекта

Специалисты считают, что около 10 % взрослого населения в той или иной степени страдает психическими и поведенческими расстройствами. В семье Светланы психотравмирующий фактор действовал на протяжении 20 лет. Возможно, обратись женщина за помощью к психологу или психотерапевту, ей помогли бы сбросить оковы страха и принять единственно верное в этой ситуации решение. Но она предпочитала страдать молча и в одиночку.
Комплексная психолого-психиатрическая экспертиза установила, что преступление совершено в состоянии аффекта, когда человек не может в полной мере осознавать значение своих действий и руководить ими. Суд Ленинского района Бреста недавно приговорил преступника и жертву в одном лице к лишению свободы сроком на один год и шесть месяцев в исправительной колонии общего режима. В срок наказания зачтены пять месяцев заключения под стражей до вынесения приговора суда. Кроме того, на такого рода преступления распространяется действие объявленной недавно амнистии, и, судя по всему, Светлана скоро выйдет на свободу. И еще не раз 44-летняя женщина будет задавать себе один и тот же мучительный вопрос: почему у нее не хватило в свое время мужества изменить жизнь?..
Сын Светланы при иной квалификации ее действий также мог понести наказание. Но уголовная ответственность за недонесение и укрывательство предусмотрена только по отношению к тяжким и особо тяжким преступлениям. Убийство, совершенное в состоянии аффекта, к этой категории не относится.

Антонина Хокимова, "Вечерний Брест"

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here