А расплачиваются дети

0
66

Записки из Ястрембельской школы-интерната, которой недавно исполнилось 50 лет

Снежным декабрьским днем 1950 года в Ястрембельский спецдетдом для детей-сирот, открытый по распоряжению Председателя Совнаркома Сталина на месте бывшего имения пана Котлубая, прибыли Миша Казакевич, Володя Раманюга, Гена Скрепцов, сестры Антонина и Валя Салеевы, Зина Турко, Юра Пузыревич. Где они сегодня? Живы ли, здоровы ли? Где те юные корейцы, которых тоже приютили в Ястрембеле, от беды подальше, в начале 50-х, когда началась война в Корее?..

…В том же заснеженном декабре из Козловщины, что на Гродненщине, прибыл в спецдетдом и Миша Ступчик:
— Мать с отцом погибли во время войны, — вспоминает известный в прошлом строитель, ныне пенсионер. — Старшего брата призвали в армию, а меня куда?.. В детдом.

И таких сразу набралось человек около 100, потом еще из Новогрудка привезли — все дети войны.
БЫВШИЙ воспитанник интерната Михаил Николаевич Ступчик рассказывает о подсобном хозяйстве школы, будто с листа читает: 40 гектаров земли, 12 лошадей, до 30 коров, свиноферма, фруктовый сад, в 67 ульев пчелопасека.

— Наибольший интерес вызывало у детей, конечно, подвальное помещение дворца Котлубая, — дополняет его бывший воспитатель Нина Иосифовна Бобко. — Там, как в сказке: пойдешь налево — добрая доярочка парным молочком или сметанкой угостит; пойдешь направо — свежеиспеченным хлебом пахнет. В подвале стояли бочки с огурцами, помидорами, капустой, хранились ароматные яблоки.

Садовник, он же пчеловод, Юрий Афанасьевич Ермолик в школьном саду хлопотал круглый год, а добрый банщик дедушка Георгий Самойлович Бадак, на протяжении десятков лет топил баньку, регулярно устраивая для детей водные процедуры.

К сожалению, ни пчеловода, ни старого банщика  уже нет в живых. Как нет в живых и замечательных педагогов школы — директоров М. А. Дайнеко, С. М. Князюка, завуча Г. Н. Жуковича, учителей В. А. Фенчук, А. П. Лущик, О. И. Черняевой, четы Козорез. Это были непоколебимые последователи Макаренко, стремившегося из каждого беспризорника сделать личность.

Супруги Левые — Николай Иванович, директорствовавший больше всех (почти 15 лет), и его жена, интеллигентнейшая Елена Николаевна, в школе, без преувеличения, пропадали. У них самих был только один сын, так что родительской любви хватило и на чужих детей, по чьим судьбам (опять же, как у Макаренко) "колесницы истории и географии проехали своими коваными колесами".

Их имена, к сожалению, не значатся на мемориальных досках — нет досок. Может, когда-нибудь появятся… Бывший воспитанник Жабинковского интерната, ныне воспитатель школы, филолог Василий Константинович Литвинович, увлеченный краевед, собирающий материал по истории школы, тоже надеется…
…Уже знакомый нам Михаил Ступчик, мечтавший поначалу строить метро в Ленинграде, работал на строительстве объектов в Петрозаводске. Самый большой и оригинальный дворец в центре города — его рук творение.

— Нам не стыдно за вас! — от имени бывших учителей и воспитателей скажет на юбилейном вечере отдавший школе почти тридцать лет Леонард Александрович Казакевич и назовет десятки имен, которые в разные годы были записаны в школьных журналах и которыми сегодня школа гордится по праву.
Михаил Куцевич — полковник, начальник милиции в Якутии; его родная сестра Вера Куцевич — заместитель директора лечебно-оздоровительного комплекса "Чабарок" в Барановичском районе; Евгений Ломоносов — директор Барановичской укрупненной типографии; Елена Кадевич — тренер Ивановской спортивной школы в Брестской области; Николай Ивашко — председатель колхоза имени Чернышева.

А еще… Володя Макарчук — инженер в Минске; братья Николай и Павел Зновец —  также в столице, преподаватели в БГУ; Иван Зубик — инженер в местном колхозе "Красное знамя"; майоры Алексей Шалаш и Николай Потоцкий — служащие правоохранительных органов; Наташа Серкова — инспектор отдела кадров райкоопзаготпрома. С детства усвоившие привычку работать без покровителей, без репетиторов, без "протеже", каждый из них покорял свой Эверест.
…КОЛЯ тоже был неплохим учеником. Рисовал, любил друзей и из головы не выпускал мысль, что где-то там, за порогом интерната, все-таки должно быть лучше!

Из школы убегал часто. Ему нравилось подолгу бродить по городским улицам, смотреть, как мельтешат перед глазами прохожие, особенно деревенские… Колю, естественно, возвращали в школу, а он норовил податься куда-нибудь снова…

Перед последними "бегами" заглянул к своей бывшей воспитательнице Елене Михайловне Киселевой, подарил ей ландыши… А через некоторое время из Бреста сообщили, что воспитанник школы с тяжелыми термическими ожогами находится в областном ожоговом центре — обгорел, ремонтируя какой-то мотоцикл…

Колю окружили вниманием. Школа (в лице Елены Михайловны) навещала чаще других, чтобы говорить с ним о терпении и мужестве, которое обязательно поможет выздороветь; лечащий врач Александр Дмитриевич Семенюк не отходил от постели, потому что спасти ребенка было для него делом профессиональной чести; верующие приходили, чтобы убедить мальчика в том, что его любит Бог… Итальянцы, с которыми школа и сегодня дружит, подарили ему магнитофон. А Коля бредил мамой — ждал, слышал ее стремительные шаги, голос, ощущал прикосновение ее рук…

Мама приезжала. Но всякий раз ее хватало только на то, чтобы, едва переступив порог, спешно отправиться за… вином. Даже больничное одеяло умудрилась вынести и продать. "Не пейте! Помогите ребенку!" — взывали к ее рассудку врачи, медсестры, няни. Рассудок отсутствовал.

Время шло, мальчику литрами вливали альбумин, другие лекарства, много раз делали пересадку кожи и целых два года держали на воздушной подушке.
В той ситуации Коля быстро взрослел. По-философски рассуждал о христианской морали, о том, что люди должны любить друг друга.

Нарисовал яблоко. Потом подумал и переделал: половинку яблока. (А вторая — где? Вторая — кому?) Еще рисунок: луг, на нем стога и березы… (То самое место, где должно быть лучше, чем в интернате?)

— Я не умираю? — спросил однажды процедурную сестру, когда та подошла, чтобы в очередной раз поставить капельницу…
Расцветала весна 2000 года.

Говорят, таких детей спасают сиделки. Но штатным расписанием школы таковые не предусмотрены. А жаль — сегодня Коля был бы в 9-м.
НЕСМОТРЯ на самый драматичный сценарий, большинству кинозрителей всегда хочется, чтобы фильм имел "счастливый конец". Я и сама того хочу. Но наша жизнь порой покруче всякого сценария. И все в ней с ног на голову переворачивается!
Нет, совсем не те сироты воспитываются сегодня в интернатских учреждениях, не те, что приходили после войны от отца-инвалида или от матери-вдовы, у которой "семеро с ложкой, а один с сошкой"… И не бандитская пуля, не открытая форма туберкулеза, не другие социальные беды, как в первые послевоенные годы, загоняют сирот на казенные харчи.

Детей, у которых родители умерли (именно такое толкование понятию "сирот" дают словари) или погибли в результате трагического случая, — единицы. Основная масса — это дети, чьи отцы и матери лишены родительских прав законом, а близких родственников, способных опекать их, не нашлось. И как бы я сейчас ни изощрялась в описании чистых уютных спален, просторных коридоров и фойе, крытого плавательного бассейна и тренажерных залов, школьной столовой и 15 учебных кабинетов (в т. ч. лингафонного и компьютерного), в описании деятельности кружков и клубов по интересам, это, по меркам человеческой морали и нравственности, все равно было бы голое пустозвонство.

Да, в условиях всеобщего безденежья помогают шефы из Барановичей — стройтрест № 25, "Атлант", швейная фабрика, ПХБО, "Барановичидрев", авиаремонтное предприятие, банки, местный колхоз "Красное знамя", Министерство спорта и туризма и спонсоры из-за границы — из Италии, Германии, Дании, Ирландии. (А без этой всеобщей помощи, пожалуй, и не выжили бы!)

Да, в день 50-летия в школе был праздник. Но вы бы видели, как плакали на нем бывшие воспитанники, сами давно уже взрослые дяди и тети, приехавшие на юбилей со своими мужьями, женами, детьми! Даже Вячеслав Давыдович, воспитанник школы, ныне председатель Международной общественной благотворительной организации "В помощь детям-сиротам", который, как правило, не тушуется ни перед какой аудиторией, поднялся на сцену, а сказать ничего не смог — спазм перехватил горло…

ПРАЗДНИК был, но весело на нем было не всем. Иные детишки все четыре часа (пока шла программа) так и простояли, не улыбнувшись, — прижимаясь к стенкам коридора и нервно "щелкая" суставами пальцев: может, и они, как Коля когда-то, своих мам ждали?..

Нет, уважаемые взрослые, не думайте, что все без исключения дети легко "пришиваются" к "аборигенному" коллективу и за чистую монету принимают чужие сказки. И не думайте, что доведенной до нормы температурой в школьном помещении можно согреть их души… А что до итальянских макарон — дети с радостью обменяли бы их на ни с чем не сравнимые домашние драники с кислым молочком… Но, увы… Зло, как детей, не приносят аисты. В данном случае его порождаем мы, взрослые, а расплачиваются, к сожалению, дети…

Раиса СУШКО.
Барановичский район.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here